В лунном молоке лабиринта Соломон принял бой с Юрием Рябоволовым. Глава Тайного Отдела растворялся в воздухе, появлялся на ветках, бил ледяными копьями из трости-артефакта. Соломон шёл навстречу сквозь алмазный дождь осколков, парировал предплечьем, покрытым инеем, отвечал солнечным пульсаром, который испарял вековые дубы. Оба улыбались. Призрак Николая, заложник в собственном теле, наблюдал и ненавидел, и всё же восхищался — этот древний демон вёл симфонию хаоса его хрупким телом лучше, чем он сам когда-либо жил.

Соломон — не тот юноша, чьё имя носит. Древний воин, вспыхнувший рыжим в чужом мире, он оказался в теле императора по случайному сопряжению душ. Ему нужен трон как плацдарм против Скверны, а империя — как орудие вечной войны с демонами. Он строит клан охотников, носит медную пулю, закрывает порталы ранга «С». Но под маской пьяницы и дурачка скрывается хищник, который учит призрака-Николая власти: страх надёжнее любви, меч должен падать раз и навсегда, а камень точит не кирка, а вода. Рябоволов, Меньшикова, капитан Рыльский — все получают от него ровно то, что нужно ему, а не им....