Василий Степанович прижался к перископу танкового прицела, пока КВ-1М пробирался по развороченной финской позиции. Снаряды самоходок ещё догорали впереди, а сапёр с миноискателем шёл впереди машины почти вплотную, словно прирос к её гусенице. Механик-водитель Емельян держал скорость чуть выше человеческого шага — быстрее нельзя, медленнее нельзя. В рации трещали голоса: ротный ранен, взводный подбит, командир батальона требовал немедленного подавления артиллерии противника. Василий отдал приказ о повороте башни, наводчик Иван Родионов втянул плечи, заряжающий Витя Яковлев приготовил очередной снаряд. Танк выдвинулся на скат высоты, и тут же рядом разорвались два снаряда — финны пристрелялись. Но Василий уже видел дым от их орудий и крикнул в микрофон: — Огонь!

Этот человек — не тот, за кого себя выдаёт. Бывший сормовский рабочий, артиллерист из-под Бреста, он носит в голове знания из другого времени и отдаёт приказы, которые должен отдавать кто-то другой. Он помнит, какой должна была быть эта война — короткой, кровавой, позорной. Теперь она началась позже, идёт иначе, и он сам стал частью этого иного хода. Василий хочет выиграть не просто сражение, а переделать будущее, которое уже однажды прожил. Его экипаж верит ему, потому что он ведёт их вперёд и возвращает живыми. Но чем дальше в бой, тем труднее скрывать, откуда берутся его решения — слишком точные, слишком своевременные, слишком чужие для человека его звания и возраста....