Виктор очнулся в чужом ресторане и не смог вспомнить, как заказывать кофе. Потом пришёл Янтарный — с шрамом над глазом, с чемоданчиком со знаком бесконечности, с вопросами о хозяевах и о той, кого ему пришлось пожалеть. Виктор выстрелил, но пуля прошла сквозь незнакомца, и тот растворился в тумане, оставив Виктора в тонком чёрном комбинезоне с отблесками медного света на груди. Пробуждение оказалось хуже сна: разрушенный ангар, искалеченная нога, скафандр-памятник, дети, которых он обещал спасти, и Алины, которая уходит с ними, оставляя его одного.

Он всегда находил выход, пока не выход сам ускользал. Виктор привык полагаться на костюм, на искина, на бионический имплант в затылке — на всё, что теперь сломано, украдено или превратилось в ядовитый комок ткани под кожей. Он умеет врать, умеет убивать, умеет поджимать хвост перед сильными, но не умеет просить о помощи. Особенно когда помощь уходит сквозь барьер, который он сам перенастроил, чтобы защитить других от тьмы снаружи. Остаться — значит признать, что без брони он не герой, а обуза. Остаться — значит дождаться, пока кто-то вернётся по доброй воле....