Он стоял в белом свете с переноской на груди, с пакетами корма в руках и с мыслью о том, что сейчас накормит котят и ляжет спать. Но вместо привычного холла оказался в пространстве без стен, где голос без интонаций объяснял: его забрали случайно, вернуть нельзя, катастрофа будет. Сашкины котята — Таффи и Тимка — оказались единственными живыми существами, которые могли его узнать. Ему сообщили о семнадцати сутках ожидания, о новой Земле, о сорока тысячах лет назад. Потом согласился, потому что деваться было некуда, и оказался на холме среди коленчатых кустов, с морозным ветром в лицо и с котятами, которые мяукали от голода.

Первые дни он строил из глины и камня норку, ловил лягушек, жарил грибы, учился добывать огонь лупой. Потом погиб, защищая их от нападения диких зверей. Голоса вернули его назад, стёрли память, оставив лишь то, что поможет выжить в следующий раз. Двадцать восемь дней они вложили в него знания: как строить крепче, как ловить рыбу, как распознавать съедобное среди травы. Он научился шить иглой из ножа, плесть из веток, коптить шкуру оленя над костром. Котята росли, охотились, приносили ему добычу — и он понял, что они все трое теперь семья, в которой каждый кормит другого....