Константин выглядывает из-за ворот на ферму мастера Казимира и видит грязно-серый седан, припаркованный так, чтобы камера не засняла номера. Из машины выходит Тощий Лёва в широкополой шляпе, и за спиной у него маячат два подручных. Лёва требует тысячу рублей или золотой корень, которого у Сеньки нет. Константин договаривается о встрече на ринге, но вместо развязки приходят гвардейцы, и с пустыря на них вырывается стая тварей — собак, одержимых магическим узлом. В суматохе ночного боя Константин превращается в нечто иное: когтистое, быстрое, жаждущее силы других матриц. Он убивает тварей голыми руками, спасает самого Лёву, а утром узнаёт, что камера на соседнем столбе засняла всё — и уже семнадцать миллионов просмотров называют его оборотнем.

Константин — не тот, кем кажется. В прошлой жизни он был другим человеком, и эта память даёт ему расчётливость, которой не хватает местным. Он работает помощником травника, живёт в чужом доме, ест чужой суп и пытается не высовываться. Но магическая матрица в его груди просыпается от злости, а злость находит повод — то наёмники бьют рыжего пса, то врач ставит над ним, Константином, эксперименты. Он не герой по выбору, скорее выживальщик, научившийся обращать в оружие то, что другие считают проклятием. Императорская гвардия, криминальные авторитеты, придворные интриги — всё это мешает ему остаться незамеченным, а он всё ещё надеется, что сможет просто поливать огурцы и не ввязываться в чужие дела....