Изаэль просыпается в темноте саркофага от чужих голосов. Два мужчины ломают печати, светят фонариками, спорят о фильмах про мумий. Один моложе, трусливый, с запахом предателя. Другой постарше, бывший воин, прикидывающийся слабым. Когда крышка отодвигается, Изаэль щёлкает пальцем — механизм ловушек блокирует выход. Старик падает в обморок, молодой падает на колени, бормоча на ломаном науатле. Изаэль вылезает, чувствуя, как атрофированные мышцы рвутся при каждом движении. Он надевает чужие джинсы, пробует на зуб пластиковую хреновину, называемую айфоном, и понимает: Кот, его ученик, всё напутал. Империи нет, язык забыт, а эфир в мире тает, уступая место странным технологиям.

Изаэль — верховный жрец, которому не повезло родиться белым среди ацтеков. Он придумал переходы, искажающие пространство, и источники, хранящие эфир вместо крови. Два века жизни дали ему власть, богатство и презрение к богам, которых сам же кормил жертвами. Он хотел дождаться человечества, способного подарить ему бессмертие, а проснулся в эпохе, где магия отмирает, а люди убивают друг друга механическими корягами. Его ученик стал императором на портретах денег, а сам Изаэль — голым чернокожим в чужом теле, с треснувшим источником под ребром и саркофагом, ставшим ловушкой для наркоторговцев....