Рид Дэвидсон выходит из бара через чёрный ход, чтобы избежать фанатов и прессы, и в этот момент звонит телефон. Холланд, лучшая подруга его сестры, зовёт забрать их из студенческого городка. Через десять минут он уже проталкивается сквозь толпу в тогах на вечеринке набора в братства, находит пьяную Эмери в ванной комнате, а рядом с ней — Холланд в крошечном топе и юбке, от которой ему хочется прикрыть её чужих глаз. Он подсаживает сестру в пикап, потом помогает залезть на заднее сиденье Холланд, стараясь не думать о шёлковистой коже под ладонями. Дома, в три часа ночи, он встречает её на кухне в одной своей футболке, они едят Pop-Tarts и болтают — и он впервые понимает, что влип по уши.

Рид привык получать всё, что хочет. Деньги, славу, женщин — всё шло само собой, пока в двадцать восемь его жизнь не перевернулась. Позвонил отец, брошенный двадцать лет назад: сводная сестра погибла, у неё остался сын, а сам отец умирает от рака и не может взять опеку. Рид — следующий в очереди, и соцслужба даёт ему сутки. Он никогда не видел мальчика, никогда не хотел быть отцом, никогда не планировал отказываться от холостяцкой жизни. Но отказ означает приют, и Рид помнит, каково это — быть брошенным....