Марина потеряла главное преимущество — невидимость. Тот, кого она ударила первой, вышел на контакт. Артем Дорохов позвонил ей лично и произнес слова, которые не оставляли простора для двусмысленности. Он знает, кто организовала атаку на его сервис. Или хочет, чтобы она в это поверила. Марина сидела в офисе, вертела заточенный карандаш между пальцами и понимала, что холодная стадия закончилась. Она привыкла действовать из тени, рассчитывать на опережение, не оставлять следов. Теперь кто-то смотрел ей в лицо и называл вещи своими именами.

Марина — не та, кто пугается угроз. Она построила медиаимперию из ничего, научилась выигрывать в бизнесе, где красиво играющие редко побеждают. Совесть её не мучила, и она бы поступила так же ещё раз. Но именно эта уверенность в собственной правоте делает её уязвимой. Она привыкла считать себя на шаг впереди, а теперь вынуждена гадать, где ошиблась. Гера, её подрядчик, уверяет, что технический след оборван, что суду нужны доказательства, а не догадки. Марина слушает, кивает, но не верит до конца. Она сама умеет создавать иллюзию безопасности....