Марина Фаттахова стоит в пустом зале после отъезда Миши — единственного человека, которому она позволяла себя быть уязвимой — и чувствует, как дрожь ползёт от пальцев к запястьям. Её тело предаёт её в самый неподходящий момент, как всегда. Она прыгает на скакалке, пока ритм не заглушит мысли о том, что теперь она одна: без тренера, без поддержки, без шанса выбраться из квартиры, где за тонкой дверью живёт монстр в обычной майке. И тогда в зал входит он — двухметровый блондин в очках библиотекаря, с лицом ангела и плечами, которые не вмещаются в дверной проём. Марина произносит отказ, не задумываясь: она не принимает подмены, не верит в мягкость, не доверяет мужчинам, которые улыбаются. Но он смотрит на неё так, будто видит трещину в броне — и молчит.

Марат Вознесенский привык разбирать людей на паттерны, встраивать чужой хаос в свою систему. Он пришёл в зал, чтобы работать: алгоритмизировать эмоции, контролировать каждое движение, держать внутреннюю дверь на засове. Но Марина не укладывается в каталог. Она бинтует ему руки со злобой, которая маскирует страх, и он чувствует, как его методика трещит под напором — не её агрессии, а её уязвимости в те полторы секунды, когда она забывает защищаться. В ринге он бьёт без ярости, с хирургической точностью, и она видит в этом то, чему хочет научиться. Но между ними — не только зал и спарринги. У него есть Свора — гараж, где шум заглушает то, что поднимается из глубины. У неё — сестра, которую нужно вытащить из дома любой ценой....