Под личными травмами и вытесненными воспоминаниями лежит другой, более глубинный пласт психики — коллективное бессознательное, унаследованный всеми людьми универсальный субстрат. Юнг называет его содержание архетипами: врождённые формы без содержания, которые обретают образ лишь при столкновении с индивидуальным опытом. Они проявляются в сновидениях, мифах, религиозных видениях и безуми — один и тот же мотив двойного рождения у Леонардо да Винчи и у древнеегипетского фараона, одинаковый символ солнечного фаллоса у шизофреника из Цюриха и в митраистском папирусе II века.

Психика не отражает внешний мир, а трансформирует его в образы, исходящие из самой себя. Отказ признать эту автономную реальность бессознательного ведёт к тому, что архетипы захватывают индивида и целые народы — порождая неврозы, массовые идеологии и возрождение древнейших религиозных форм. Понимание архетипов становится не академическим упражнением, а необходимостью для тех, кто сталкивается с их разрушительной силой в клинической практике и в истории.