Ваньке не хватило музыкального слуха, чтобы спеть без наушников, а Кате не хватило терпения, чтобы не пожалеть, что пришла на раскопки. Они оба ошибались в мелочах, пока под ногами не заговорила земля — буквально: своды гробницы обрушились, зажав их под тоннами камня. Темнота, холод и кровь смешались в одно мгновение, и следующее оказалось хуже. Он очнулся в теле московского княжича, назначенного воеводой против родного дяди. Она — в теле беременной итальянской графини, которой муж приказал покинуть замок. Никто не спросил согласия, никто не объяснил правил. Надпись на табличке, которую они чистили перед обвалом, предупреждала: повторение сквозь века, исправить ничего нельзя. Похоже, обещание сдержалось.

Иван — аспирант-историк, всю жизнь собиравший по крупицам сведения о пятнадцатом веке. Теперь он внутри своей диссертации, и знания оказываются бесполезными: он не умеет держать меч, не помнит, где спальня княжича, и едва не падает при первой попытке встать. Его единственное преимущество — понимание языка, которым здесь говорят, но даже оно подводит, когда нужно отвечать быстро и правильно. Катя, в свою очередь, знает тосканский диалект лучше разговорного, а вот беременность, муж-граф и осада замка Святого Ангела — это вне учебной программы. Она привыкла доказывать свою правоту в архивах, а не перед наёмниками с мечами. Иван и Катя оказались в телах людей, чья судьба уже записана летописцами, и оба понимают, что те летописи редко сообщают что-то полезное для выживания....