Матушка потребовала, чтобы Прошка бросил свои затеи и остался дома, но он уже перешёл черту. Парень из будущего, вселившийся в тело хилого калужского подростка, забрал чужое кольцо, наладил схему с починкой металлолома и теперь командовал в собственной лачуге властным тоном, от которого мать бледнела и крестилась. Она видела в нём не Прошку, а отца — того самого мужчину, который предчувствовал беду, и умер, так и не успев вывезти семью из города. Прошка отправил мать с сестрой к тётке в Подольск, вывел родных из-под удара и остался один на один с заводом, полицией и бандитами, которым он перешёл дорогу.

Завод остановился. Кто-то вбил стальной лом в сердце паровых машин, и подозрение тут же легло на Прошку. Но он не растерялся: графитовая пудра, кисть, чистый лист — и на металле проступил отпечаток большого пальца с глубоким шрамом-полумесяцем. Теперь он доказывал свою невиновность ведущему инженеру, который смотрел на него со смесью раздражения и восхищения, а за спиной инженера молча наблюдала учительница Элеонора Рудольфовна. Прошка чувствовал её взгляд на себе и понимал, что в этом обществе знаний и ума может хватить, чтобы прорваться из грязи кузнечного цеха к свету. Если только его не посадят раньше....