Стивен Хокинг решил, что объяснить устройство Вселенной может каждый. Он сел за стол и начал писать о черных дырах, о времени, которое течет по-разному у разных наблюдателей, о световых конусах и о том, что пространство изогнуто массой. Рядом с ним стоял прибор, превращающий движение брови в слова. Он не мог повернуть страницу руками, но его мозг работал быстрее света.

Хокинг хотел связать воедино две теории, которые отказывались дружить. Общая теория относительности описывала гравитацию и крупные масштабы. Квантовая механика владела миром атомов. Между ними зияла пропасть, и физики ходили по краю, не зная, как перейти. Хокинг шел туда, где математика становилась странной, где сингулярности сжимали всю массу в точку без размера, где время начиналось или кончалось. Он привык к тому, что тело предавало, а разум оставался свободным....