В 1581 году толпа выломала двери храма Нанбан-дзи в Киото. Люди пришли посмотреть на африканца в группе иезуитов — высокого мужчину, чей цвет кожи казался японцам настолько невиданным, что самый могущественный военачальник страны Ода Нобунага потребовал доказательств: он велел гостю раздеться и тереть кожу, убедившись, что это не краска. Зеваки готовы были пройти пятнадцать лиг ради одного взгляда на чужеземца. Солдаты Нобунаги едва спасли иностранцев от разъярённой толпы.

Ясукэ оказался в Японии через десятилетия после того, как португальцы впервые высадились на её берега. Его путь пролёг через Индию и полуостров Малакку, возможно — из Мозамбика, где пути Ясукэ и иезуитского миссионера пересеклись. Он не был ни первым африканцом в Азии, ни единственным чужаком при дворе, но его появление совпало с моментом, когда Япония ещё оставалась открыта миру, а мир — любопытен к ней. Нобунага сделал его оруженосцем, подарил меч, выделил дом. Их беседы о внешнем мире отличались от разговоров с миссионерами: Ясукэ говорил о том, что видел сам, а не о том, во что следовало верить....