Жека вернулся из Америки с Элеонорой, женой своего врага, и сразу угодил в гостиничный пентхаус, где Ирина лечила руку после нападения, а Светка, его спасённая невеста, уже ждала. Три дня он не вылезал из постели, не отвечал на звонки, не касался дел — только еда, сон и Светка. Такое впечатление, что он набирался сил перед чем-то серьёзным, хотя сам считал это просто отпусканием накопившегося. Потом пришло время платить. Сахар-старший сидел в Москве в большом авторитете у правительства, и Жека понял: пока тот жив, спокойной жизни не будет нигде. Но Светка отказывалась даже слышать о мести отцу, а без её согласия двигаться против него Жека не мог — уважение к её границам было сильнее расчёта.

Пока он искал выход, мир не ждал. Элеонора оказалась не просто беглянкой с чемоданом, а владелицей фирмы с доходом в сто пятьдесят тысяч долларов в месяц, которую она увела у мужа. Жека выкупил этот актив за миллион наличными, понимая, что в России без крыши Сахара фирма обречена, но шанс отбить вложения был. Параллельно Светка внесла задаток за дом в Рейнгессене — десять миллионов долларов, вилла мечты с тремя бассейнами и японским садом. Продавец оказался честным, а вот риелторская контора, через которую шла сделка, исчезла в одночасье, забрав сто тысяч евро. Жека поехал разбираться лично, сам в кожанке и с пистолетом в кармане, с двумя проверенными людьми. Привычка решать проблемы самому, а не через подчинённых, пока не отпускала....