Северяне потребовали от Андрея Горохова, чтобы он в третий раз отправился в степь. Они приехали втроём — две худощавые женщины с поджарыми задами и мужчина в тёмных очках, — и четыре часа кряду выспрашивали его о гибели экспедиции Кораблёвой. Горохов курил, откашливался и отвечал им с вызовом, хотя понимал: визу на север ему никогда не дадут. Он привёз северянам каплю странного вещества, прозрачного, как вода, но более густого, и теперь они хотели, чтобы он повёл их к чёрным деревьям, откуда оно добыто. Уполномоченный отказался. Он уже дважды ходил в ту жару под семьдесят градусов, дважды по просьбе этих людей, и ему хватило. Начальство его отчитывало за грубость, но Горохов знал: лебезить перед теми, кто всё равно тебя обманет, — себе дороже.

Вместо похода в степь комиссар Поживанов поручил ему разобраться с исчезновением генетика Валеры — заики с отталкивающей внешностью, который поднимал людей из могил и лечил в долг. Горохов привёз его в город, а тот бросил дом с оборудованием и пропал вместе со своей женщиной. Поживанов выяснил: Валера втихаря гонял на институтском компьютере левую программу и качал оттуда данные, за что его и попросили. Теперь Институт мог мстить, а могли мстить и другие — за технологии регенерации, за украденные секреты. Горохов поехал в район Шиши, где стоял опустевший дом генетика. Там жила новая семья — мужчина с проказой на лице и женщина с ребёнком, — и они рассказали, что всё оборудование исчезло ещё до их приезда, провода сняты, солнечные панели украдены. От Валеры не осталось и следа....