Алёна переехала в Москву, чтобы начать с чистого листа. Первая ночь в новой квартире — июль, три часа ночи, она сидит на балконе с сигаретой и смотрит в окно напротив. Там мужчина моет руки в раковине, и жидкость между его пальцами тёмная и густая. Кровь. Он поднимает голову, их взгляды встречаются через пятнадцать метров ночного двора, и он не отводит глаз. Не пытается скрыться. Улыбается одним уголком рта и задёргивает штору, словно позволил себя увидеть. Утром она узнаёт его имя — Эльдар, Эл — и понимает, что он ждал её у подъезда. А ещё понимает, что не позвонила в полицию не из-за растерянности. Ей просто не было страшно.

Эл зарабатывает тем, что напоминает должникам, сколько и кому они должны. Десять лет подвалов, конвертов, людей, которые делают шаг назад, ещё не успев подумать. Он выучил самоконтроль в детдоме и больше не терял его ни разу. Но Алёна смотрит на него иначе — не с испугом, с которым он привык, а с тем упрямством, с которым держала сигарету между средним и безымянным пальцем. Она пришла на подвальный бой, где он бил человека в меловом квадрате, и не отвернулась. Подошла и стёрла с его подбородка кровь пальцем. А потом написала на стекле «нет», когда он просил закрыть шторы. Перманентным маркером, который не отмоется до зимы....