Он стоит в серой робе посреди лаборатории, где пахнет лекарствами и страхом. Ученые в белых халатах готовятся к очередному эксперименту, а толстый начальник с улыбкой объясняет: сначала черная магия, потом яд желтой кобры, потом смерть в муках. Герой бодро вытягивается по стойке смирно, произносит лояльные слова, но внутри — чужая душа, пробудившаяся в чужом теле. Когда руны на полу загораются синим, он делает шаг в сторону, заставляя сутулого помощника подбежать ближе. Скальпель, украденный заранее, вонзается в артерию помощника. Фонтан крови бьёт на его белоснежный халат. Сиреневая молния из ладони сбивает чернокнижника. Лаборатория тонет в огне и криках, а он, раненый и окровавленный, ломает пробирку со взрывчаткой, спрятанную в рукаве. Последний козырь — не для победы, а для того, чтобы не вернуться в капсулу.

Это человек, который уже умирал десятки раз. Его воскрешали, стирали память, снова пускали в расход — он был живым щитом тирана, сосудом для императорского дара, расходным материалом для испытаний отравленных копий и заговорённых пуль. Но в этот раз оковы сознания сломались раньше, чем его убили. Он не помнит, кем был в прошлой жизни, только обрывки: борьба с чернокнижниками, важное положение, умение ломать ментальные блокады. Теперь он оказался в теле молодого дворянина Сергея Дубровского — наследника без магии, нелюбимого сына, жертвы родного брата. Императорский дар перешел с ним, ядовитый и инородный, разрывающий новые каналы изнутри. Он хочет одного: выжить, обуздать чужую магию, добраться до узурпатора. Месть — не эмоция, а точка на горизонте, к которой он идет, потому что иначе все эти смерти останутся пустым звуком....